Олег Фёдоров (yugeneonil) wrote,
Олег Фёдоров
yugeneonil

Categories:

Рассказ


В АВТОБУСЕ

На остановке я опять увидел эту Даму. На этот раз она была одета, не вполне по погоде.
Всё те же удлинённые шорты-бриджи, или брюки-капри ( я не очень разбираюсь в элементах женской одежды), довольно стильные, свободные, прикрывающие колени. Элегантные носки с оборками, туфли на низком каблуке, блузка, жокетка-безрукавка, залихватски заломленная набок копна обесцвеченных светло-жёлтых волос, на носу, с правой стороны над крылом блестящая штучка, одна из тех, которые носят теперь пирсинговые девушки, в больших количествах. По всей видимости, золотая. Клубной шляпы с узкими полями, на этот раз, на ней, не было. Вся она была совершенно не отсюда. Инаковость эта сразу же бросалась в глаза. Женщины на остановке посматривали на неё с любопытством и лёгким раздражением. Даме было где-то под шестьдесят, или чуть более шестидесяти, что, в общем-то, неважно. Вид, европейской, ухоженной и независимой женщины. В лице её было бы что-то хищническое, если бы не печать некоего смирения, которая присутствовала во всём её облике и взгляде. Возможно, перед возрастом, или Судьбой. Перед самой Жизнью, возможно… Походила она на пожилую, но, по-прежнему, необычайно красивую женщину, - француженку или англичанку, к примеру. Встречал я её уже неоднократно - в автобусах и на остановках, и каждый раз пытался угадать – что стоит за эти внешним лоском, кто она и откуда? Жила она, где-то неподалёку, в одном из новых домов, окруживших нашу допотопную трёхэтажку…


Подошёл автобус. Я зашёл внутрь и сел на возвышающееся сидение, расположенное на небольшом подиуме, лицом к салону, практически рядом с кабиной водителя. Автобус был заполнен более чем наполовину. Сидение имело достаточно узкую площадку перед собой, для того, чтобы разместить ноги, но мне, всё таки удалось это сделать и спустя какое-то время я вытащил из сумки книгу. Дама села передо мной слева, так же лицом к салону и начала прерывисто кашлять. Видимо, курильщица со стажем, или астматичка, или просто простывшая…

«А потом погода испортилась…», - вспомнил я строчку из Хемингуэя, фразу, которой начинается первая глава из «Праздника, который всегда с тобой» - «Славное кафе на площади Сен-Мишель»…

Погода, несколько дней назад, действительно испортилась, и хотя наступил июль, было ощущение, что стояла ранняя осень. Накрапывал мелкий дождь. Свежо, прохладно, серо…

Через две остановки в автобус вошла старушка и села напротив Дамы. Мне хорошо было видно её лицо. Что-то заставило меня закрыть книгу и начать всматриваться в него, а потом и в лица других людей, тех, что находились рядом. Глаза её… Глаза привлекли моё внимание, вернее маленькие, чёрные зрачки, полыхающие чёрными точками на нестерпимо светлом сером фоне, с легким небесно-голубым оттенком. На старушке был терракотового цвета плащ. Не первой свежести, довольно старый, повидавший виды, как говорятся, с пятнами на рукавах, манжетах, местами затёртый… На голове цветастый, но вылинявший уже, платок. Скорее всего, она только что вышла из храма, церкви Архангела Михаила, которая находилась недалеко от остановки. Губы её ещё что-то шептали. Может быть дошёптывали молитву, может, она просто была не вполне в себе. Впечатление старушка производила довольно странное.
Лицо её мне напомнил облик одного актёра. Когда-то он сыграл главную роль в одном, любимом с детства и хорошо знакомом людям моего поколения, фильме, снятом у нас в 60-х годах по рассказу Джеймса Олдриджа.

Очень мужское такое лицо, вдруг, отпечаталось в образе старушки, но при этом черты его, пусть и грубоватые, были смягчены какой-то несказанной радостью, происходившей внутри, в потаённых и дальних комнатах её сознания, за пределами этого обветшавшего фасада. Она чему-то улыбалась, как блаженная, слегка кивала головой, периодически закрывая веки… Взгляд мой упал на её руки. Это были руки, достойные кисти, или угольного карандаша Ван Гога. Натруженные, крестьянские, с синими прожилками, мозолями и чёрными метками земли под ногтями. От рук этих исходило некое свечение, возможно, потому что цвет их, охристо-красный, коричневатый местами, с жёлтыми отблесками на локальном, матовом фоне брезента терракотового плаща выглядел особенно сложным и живым…

Рядом сидела женщина лет пятидесяти в круглых очках. Стандартно одетая. Пухловатая. Что-то в ней было совиное. Причёска, может быть, или маленький птичий нос? Про себя я назвал её «Бухгалтершой»… Она посматривала то в одно окно, то в другое. Иногда с беспокойством, иногда с удовлетворением. Наверняка мать большого семейства, верная жена. Возможно, дочка сдаёт вступительные экзамены в институт, вот она головой и вертит - переживает… За окном – пробки. Автобус идёт медленно…А может, про годовой отчёт вспомнила? Или квартальный?

Подошла кондукторша. Отбила билет.

И тут я вдруг подумал о том, что хорошо, что я никогда не был богат или, даже так, - средней руки, состоятелен. Что у меня никогда не было машины. И что я никогда не хотел её иметь, также, как и многое другое… Что у меня есть вот эта уникальная возможность, каждый день, смотреть на людей, вглядываться в их лица, пытаться понять их, разгадать, запомнить… В автобусе, на улице, с высоты велосипеда. Девичьи, детские, старческие, женские, юношеские, мужские… Что ещё, в общем-то, для художника нужно? Всматриваться, любить, созерцать.

Отпечки, которая располагалась почти у моих ног, пошёл жар. За окном проплывали дома. Всё в розово-зеленовато-сером…Стало также тепло и уютно, как когда-то, наверное, Хемингуэю в кафе на площади Сен-Мишель, когда писал он эту главу, в которой есть и девушка, чьё «свежее лицо сияло, словно только что отчеканенная монета», а волосы её были черными, «как вороново крыло», и ром "сент-джеймс", и «устрицы, сильно отдававшие морем» и это ощущение заоконья и человеческого дыхания, и листа бумаги под рукой и непогоды…

Старушка в терракотовом плаще кивала в ответ на эти мои мысли головой, слегка уже подрёмывая…

4-6.07.2015

(Продолжение следует…)


Олег Фёдоров - Городские зарисовки. 2015.jpg
Из цикла "Городские зарисовки"
(Шахматисты на Цветном Бульваре, церковь Архангела Михаила, Городище). 2015
Tags: Рассказы, Рисунки (графика), Текущее...
Subscribe

  • Зимняя вишня...

    Нет слов... Вернее, они есть, но труднопроизносимы. 26.03.2018 В ЛОВУШКЕ Мы в ловушке, Мы в огне. Двери заперты снаружи. Мы практически…

  • * * *

    «Известность, которую Мане завоевал своей Олимпией, и мужество, которое он проявил, можно сравнить только с известностью и мужеством…

  • * * *

    БАР В ФОЛИ-БЕРЖЕР Бар в Фоли-Бержер, Бар в Фоли-Бержер. На часах давно За полночь уже. Ты стоишь одна – За спиною зал Отражается В глубине…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments