От автора
Книжка, которую вы держите в руках, написана и сделана мною… То есть, полностью, от набора и редактуры текстов, до макета и вывода на печать.
Не знаю, хорошо ли это (в отдельных случаях, наверное, нет), но если я могу сделать что-то сам, то стараюсь не передоверять это другим…
Фотографии в книге, в основном, отцовские - 60-х – 80х годов, которыми я бесконечно дорожу, и которые, на мой взгляд, удивительны… Есть мои, несколько армейских, а также общеизвестные и заимствованные, как, например, портрет Маяковского в Нью-Йорке…
Вот уже на протяжении 32 лет я живу в Тюмени. В этот город, волею судьбы, в 1973 году был переведён мой отец, Юрий Михайлович Фёдоров после окончания военной академии в Москве и адъюнктуры при ней…
В те времена распределение подобного рода воспринималось как ссылка талантливого, яркого, но слишком смелого в своих суждениях, офицера. Мама, подобно декабристским жёнам, вместе со мной последовала за ним. Позади оставалась Москва с Большой Пироговской и гнесинской школой. Впереди – грязь на улице Мельникайте, 35-ти градусные морозы, незнакомый западно-сибирский город. Тюмень никогда не была городом интеллектуалов, но интеллектуалы время от времени в ней жили. Чаще всего параллельно жизни «практических» людей, в большинстве своём, населяющих этот город. Иногда перпендикулярно ей... Но, не отчуждаясь полностью. По-своему участвуя в научном и культурном процессах, оставаясь при этом свободными от местечковых амбиций коренных культурных старожилов. Отец и был таким интеллектуалом. Чужаком, человеком, блестяще образованным, в основном «само», философом и поэтом, вынужденным тянуть на протяжении многих лет «лямку» воинской службы (на пенсию он ушёл в звании полковника и должности зав. кафедрой общественных наук ТВВИКу). Он-то и стал для меня открывателем и первооткрывателем мировой и русской Поэзии, различных видов изобразительного искусства, Театра, Кинематографа, Литературы…
Андрей Тарковский, Таганка 70-х годов, Достоевский, Борхерт, Маяковский, Вийон, Хемингуэй, Матисс, Андрей Рублёв, Людвик Ашкенази, французская живопись конца 19-го, начала ХХ века, наскальные рисунки пещеры Ласко, Пикассо, Чонтваре, Ван Гог, польская поэзия 40-х-60-х, Высоцкий, Вознесенский, Окуджава, Ахмадулина, Борхес, Шукшин, - всё это постепенно переходило по наследству, «подсовывалось», перемещалось с его книжные полки на мою… За что я ему, конечно, бесконечно благодарен…
Но посвящается эта книга – моей Маме.
Вот, пожалуй, и всё…
Добавлю лишь, что возникли эти стихи, а иногда – тексты, «записанные определённым образом», преимущественно в 2001 году, и составляют лишь избранную часть первой из двух книг стихотворений, условно разделённых на несколько сборников.
Олег Фёдоров
Август 2005
P.S.
С момента написания этого небольшого вступления прошло почти 6 лет. Ко всему прочему, мне пришлось стать Издателем, для того, чтобы эта книжка увидела свет… Не могу сказать, чтобы я с особым упорством искал «заинтересованных лиц» на стороне...
Может быть потому, что не слишком верил в их фактическое существование. Хотя, наверное, где-то они всё же есть… Поэтому, пусть лучше так – долговременнее, но честнее…
Надеюсь, моё «Пианино» попадёт в хорошие, добрые руки…
Июнь 2011
Пианино – мой второй поэтический сборник,
включающий в себя стихи первых трёх лет нынешнего века
и тысячелетия. Как мне кажется, стихи из этой книжки,
а иногда и «тексты, записанные определённым образом»,
продолжают европейскую и русскую поэтическую традицию,
зародившуюся в начале 50-х годов ХХ столетия
и обозначенную критикой как «интеллектуально-философская»
или «моралистическая» лирика.
Я бы назвал её «гуманистической», то есть -
«общечеловеческой», и в тоже время очень «личной»...
Для широкого круга, в том числе и не подготовленных,
читателей...
Книга издаётся в авторской редакции
Стихи из книги, в разное время, опубликованные в Живом Журнале: