Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

Венеция

* * *



КОНДУКТОРШИ

Обычно они засыпают уже к концу рабочего дня.
Мимо проплывают вывески с названиями «Аптека» и «Шаурма».
Желтый свет фонарей просачивается сквозь окна.
Асфальт под покровом тумана и ночи – мокнет.

Но они не видят ничего этого, они устали смотреть.
Они устали считать. Я написал бы портрет
Каждой из этих уставших, почти засыпающих женщин
С терминалом в руке и барсеткой набитой мелочью…
Со склонённой в сторону города головой,
И закрытыми веками – за которыми вечный бой
За семью, за детей, за свободу и одиночество…
За отчётность, отчизну, за чьё-нибудь имя и отчество.
За возможность вздохнуть полной грудью
И за право на сон…

Вместе с ними автобусы двигаются в унисон.
Города и планеты,
Созвездья и Чёрные дыры…

Спит водитель почти
И дремлют давно пассажиры.

       
Collapse )
Венеция

Рассказ


В АВТОБУСЕ

На остановке я опять увидел эту Даму. На этот раз она была одета, не вполне по погоде.
Всё те же удлинённые шорты-бриджи, или брюки-капри ( я не очень разбираюсь в элементах женской одежды), довольно стильные, свободные, прикрывающие колени. Элегантные носки с оборками, туфли на низком каблуке, блузка, жокетка-безрукавка, залихватски заломленная набок копна обесцвеченных светло-жёлтых волос, на носу, с правой стороны над крылом блестящая штучка, одна из тех, которые носят теперь пирсинговые девушки, в больших количествах. По всей видимости, золотая. Клубной шляпы с узкими полями, на этот раз, на ней, не было. Вся она была совершенно не отсюда. Инаковость эта сразу же бросалась в глаза. Женщины на остановке посматривали на неё с любопытством и лёгким раздражением. Даме было где-то под шестьдесят, или чуть более шестидесяти, что, в общем-то, неважно. Вид, европейской, ухоженной и независимой женщины. В лице её было бы что-то хищническое, если бы не печать некоего смирения, которая присутствовала во всём её облике и взгляде. Возможно, перед возрастом, или Судьбой. Перед самой Жизнью, возможно… Походила она на пожилую, но, по-прежнему, необычайно красивую женщину, - француженку или англичанку, к примеру. Встречал я её уже неоднократно - в автобусах и на остановках, и каждый раз пытался угадать – что стоит за эти внешним лоском, кто она и откуда? Жила она, где-то неподалёку, в одном из новых домов, окруживших нашу допотопную трёхэтажку…


Collapse )


Олег Фёдоров - Городские зарисовки. 2015.jpg
Из цикла "Городские зарисовки"
(Шахматисты на Цветном Бульваре, церковь Архангела Михаила, Городище). 2015
Венеция

ЧИМЕЕВО (п р е д р о ж д е с т в е н с к о е…).



Вчера съездили в Чимеево. Был впервые. Автобус отъезжал из города в половине восьмого. Экскурсоводша, вместо того, чтобы дать людям доспать, весело щебетала, рассказывая о чудотворной силе Чимеевской иконы, истории её появления близ села в водах речки Нияп, в общем, всего того, что любой человек, за редким, наверное, исключением, не поленившийся заглянуть в интернет и направляющийся к Казанскому Чимеевскому монастырю и Церкви Казанской Божьей Матери, итак знает…


В какой-то момент оговорилась: «наш народ, который всегда был народом-богоборцем особо почитает и чтит образ иконы Владимирской Божьей Матери», рассказывая о различных типах изображения Богоматери с Младенцем в византийской и русской иконографии…


Очень понравился Храм – просторный и светлый внутри. Сама икона притягивает к себе своей космической чернотой и скорбным ликом, который лишь угадывается. Видны только глаза. Но – этого достаточно. Никакие репродукции не передают мощнейшей духовной силы исходящей от иконы… Помогла и исцелила она многим и многих. История её появления в этих местах и дальнейшего пребывания, конечно, удивительна…

Collapse )

Изображение 188
В мастерской у Михаила Гардубея
Венеция

Cтихи, рисунки и женщины на скорую руку...

Не совпадения…

Смотрю канал “Культура”
Другие не хочу.
Рисую на бумаге.
Другого не хочу.
Ни новостей медийных,
Ни в гости к трепачу…

А женщины – их много.
Поговорил – ушёл.
А так, чтобы проснуться…
Давно такого нет.

А может это Осень?
Ну что ж… Всё может быть.
Ополоснись, умойся
И выпей коньяку.
Collapse )

Дионис и Менады
Дионис и Менады (рисунок из цикла "Легенды и мифы Древней Греции"). 2012
Венеция

Своё-чужое

      Александр Володин "ОДНОМЕСТНЫЙ ТРАМВАЙ"
                                                            
Александр Володин

Есть люди – маяки. Люди – светильники. Люди – керосиновые лампы… Есть люди – карманные фонарики, люди – прожектора, люди – свечи… Что объединяет всех этих людей – понятно. Они – светят. Светят, а некоторые ещё и греют… Очень сильно. Одним из таких удивительных людей был Александр Володин. Многие знают его как удачливого (?) советского драматурга - «Пять вечеров», «Старшая сестра», «Фабричная девчонка». Долгое время его пьесы не ставили, а потом наоборот, «разрешили» повсюду. «С любимыми не расставайтесь», «Две стрелы», «Назначение», «Осенний марафон»… Большая часть из них - была экранизирована. На мой взгляд, лучший фильм Никиты Михалкова – именно «Пять вечеров». А одна из лучших ролей Татьяны Дорониной в «Старшей сестре». Но дело даже не в этом. Володин принадлежал к редкому разряду людей, всегда говорящих правду, даже тогда, когда это делать неудобно…В первую очередь, в творчестве, конечно. И сам он был неудобным, неловким человеком, прошедшим всю войну, постоянно оправдывающимся за сам факт своего существования. Фрагмент повести Александра Володина «ОДНОМЕСТНЫЙ ТРАМВАЙ» (записки несерьёзного человека) открывает раздел «Своё-чужое» в моем журнале, в котором я буду размещать (естественно со ссылками на первоисточник) любимые произведения, стихи и тексты (а иногда и репродукции живописных, графических и фоторабот) других авторов. Близких мне по духу и по крови, независимо от того какой они национальности… 
         "На фронте была далеко идущая мечта: если бы мне разрешили — потом, потом, когда кончится война, пускай не ж и т ь, к чему такая крайность, но просто оказаться т а м, просто увидеть, что будет потом, потом, когда—совсем, совсем!.. 
        И мне разрешили. Не просто смотреть, но купаться, кататься, обижаться и не обижаться, опускаться и не опускаться, напиваться и не напиваться и еще тысячу всего только на эту рифму и еще сто тысяч на другие. Стыдно быть несчастливым.
        А женщины, самые, казалось бы, несовершенные, иногда говорят такие слова. И так смешно шутят, и так проницательно думают о нас, чтобы нам было лучше, чтобы нам было сладко с последней из всех, как с первой из всех. И то, и дело это им удается. То тут, то там, то так, то сяк. А если не удается, они страдают молча. А если говорят—иногда говорят такие слова... Стыдно быть несчастливым.
        А есть коровы. Только и знают, что жуют свою жвачку. Ничего не делают своими руками. Не смогли бы даже, если бы захотели. Пустяковый подарочек теленку и то не в силах, не говоря уж о работе ума! Что-нибудь сочинить, на пользу таким же коровам, как они, и заволноваться этим и вскричать: «Черт побери!» Ничего этого для них не существует. Стыдно быть несчастливым!
        Да что там, есть улитки, им за всю свою жизнь суждено увидеть
метр земли максимум! 
        Просто видеть. Просто смотреть, что происходит теперь, теперь, когда совсем, совсем кончилась война. Нет, если бы мне разрешили одно только это, я и тогда сказал бы: стыдно быть несчастливым.
        И каждый раз, когда я несчастлив, а я, то и дело несчастлив, - я твержу себе это: стыдно, стыдно..."
Александр Володин ОДНОМЕСТНЫЙ ТРАМВАЙ (записки несерьёзного человека)
Москва. Издательство «Правда» 1990 (Библиотека «Огонёк» № 11)